Ульяна Скойбеда о нашем ателье

"Комсомольская правда". 22 мая 2015. Москва. KP.RU

Наш обозреватель побывала в единственном в Москве ателье, которое шьет платья 40-х годов
9 мая я встретила в метро Володю Шарапова из фильма «Место встречи изменить нельзя». Та самая гимнастерка старого образца, военная выправка... Бежала я за гостем из прошлого, бежала, чуть на эскалаторе не упала, все пыталась сфотографировать невесть откуда взявшегося фронтовика. А он, как настоящий фантом, никуда не торопясь, передвигался быстрее меня и растворился в пустом переходе.

Вернулась я на станцию, села в поезд, глядь — напротив девушка в ситцевом платье в цветочек и волосы заплетены косичками. Вроде бы ничего особенного, но в мозгу отчетливо возникло слово «примус» и появилось ощущение ирреальности происходящего.
Как будто сейчас не май 2015-го года, а шесть часов вечера после войны.

8510329.jpg

«МАШИНКА ВРЕМЕНИ»

Район, где располагается единственное в Москве ателье винтажной одежды, старинный и правильный: путаные тупички, тополиный пух и тихие трамваи. И само ателье называется правильно: «Машинка времени». Шьет - и переносит нас на десятки лет назад.

950835.jpg

В подвальном помещении лежат шляпные коробки, платья на сотрудницах такие, что их хочется немедленно содрать и померять...

- Модистка, - представляется красивая женщина Юлия Черепнина, и я точно понимаю: попала по адресу.

ИСТОРИИ ОТ АТЕЛЬЕ

Недавно в «Машинку времени» пришла девушка-художник и попросила свадебное платье, как у Великой княжны Марии Романовой, показала известное фото. А на снимке начала века не видно ничего совсем! Так, размытый образ: что-то прозрачно-кружевное, воздушное, угадывается нитка стекляруса.

- Можем! - ответила «Машинка».

Платье «лепили» прямо на художнице; подходящей ткани не нашлось — ее собрали из узких полосок кружевной тесьмы: сострачивали их друг с другом... Получилась блоковская незнакомка, царевна Лебедь и Лорелея.

Замуж художница выходила, дыша духами и туманами.

- На самом деле я конструктор-дизайнер, - говорит Юлия, - у меня два профильных образования в области моды, я работала у крупных российских производителей одежды, но в современной отечественной модной индустрии разочаровалась. Почему? Невозможно конкурировать с Западом из-за отсутствия собственного «сырья». Как работает масс-маркет, вроде «Зары»? Проходит показ «Готье» - и «Зара» тут же, в две недели, отшивает то же самое из дешевых тканей: это называется фаст-фешн, быстрая мода, и это, возможно, потому что «Зара» шьется в Китае, где на одной улице — вся сырьевая цепочка: нитки, ткани и фурнитура. А как работаем мы? Коллекцию нарисовать. Ткани в том же Китае заказать. Ткани растоможить. И это занимает — год! Надо угадать, что через год будет на подиуме у Готье, и что люди захотят покупать!

В итоге у нас масса талантливых модельеров, но все они либо шьют для бомонда, как Ульяна Сергеенко (платье этого дизайнера в среднем стоит 70 тысяч рублей. - Ред.), либо остаются на уровне кустарей.

950836.jpg

Юлии можно верить, достаточно перечислить фирмы, в которых она работала: «Панинтер» периода расцвета, когда эта компания была единственной альтернативой одежде с рынка, «Саваж» (прекрасные отечественные куртки) и «Мир детства», знаменитый коллекцией «Этти Детти» (взрыв креатива тогда был такой, что один комбинезончик автор этих строк хранит с 2007-го года).

Ушла из мира чистогана и пришла в мир исторического костюма Юлия как обычно: по семейным обстоятельствам. Муж увлекся реконструкцией и открыл военно-исторический клуб в Подмосковье. Тут же выяснилось, что у реконструкторов, одетых в гусарские ментики, белогвардейские фуражки и галифе времен Великой Отечественной, есть жены. И им жизнь не в жизнь без вуалеток, бархоток и платьев, как у Маньки Облигации...

950837.jpg

ИСТОРИИ ОТ АТЕЛЬЕ - 2

Если правильно, по старым выкройкам, сшить гусарский мундир, в нем невозможно горбиться: крой выворачивает плечи назад. Грудь получается — колесом.

На полках — штуки яркого довоенного ситца (нет сейчас таких расцветок, и не надейтесь), на вешалках — рваные ватники, которые клиенты нашли в деревне, в разрушенной избе, в сундуке, и принесли как образец стиля еще Октябрьской революции. На столе у закройщицы— муаровый хвост от платья. Бального, начала века.

- Реконструкторы тесно связаны с кино, - объясняет Юля, - потому что лучшей массовки для исторических костюмных фильмов не найти, это понятно. А режиссерам для таких фильмов постоянно нужны платья: "Мосфильма" на всех не хватает.

950838.jpg

Ателье от этого - сплошная радость: каждый костюм актерам нужен в двойном или тройном экземпляре, особенно, если фильм с элементами детектива, и в процессе героя убивают.

Сейчас «Машинка времени» стачивает швы у платьев к многосерийному фильму «Мата Хари» про известную шпионку, в анамнезе у швей-винтажниц — костюмы к сериалу «Трепалов и Кошелек» (жизнь уголовного розыска времен гражданской войны), в планах — проект по древнему Риму.

Да, Юлька-модистка может сшить все. Чего не может, для того есть энциклопедии, музеи, картины, старинные фотографии... Есть даже учебники для портных 19-го века!

Но интереснее, признается модистка, шить не для профессионалов, а для людей, которые просто любят винтаж, хотят его носить. Ездят в такой одежде в метро, на работу и на балы.

В МИРЕ-ТО ВЕДЬ СНОВА НЕСПОКОЙНО

Я жадно хватаю платья с вешалки. Вот матроска: платье с синим воротником, стилизованным под морской гюйс: такие в начале века носили дети, потом дамы, а потом смелый элемент исчез совсем (но я знаю женщину, которая именно сейчас ищет его повсюду). Вот старорежимный, жестко заглаженный бантик: ну, не носят так сейчас... Винтажная особинка.

950839.jpg

При этом, платья не вычурные: не длинные и не короткие, без пышного рукава и без декольте... Мягкие, умеренные линии.

И одновременно — отсыл к спорту: кофточки, больше похожие на форму для игры в теннис. Это же было так модно тогда: все сдавали нормы ГТО, все водили самолеты, спортсмены в белом парадами шли по Красной площади... Стоит посмотреть на фрески московского метрополитена, чтобы получить исчерпывающее представление о моде того времени.

- Я не видела людей, которым не идут платья военных и довоенных годов, - говорит Юля, - помогая мне застегнуть молнию. - 30-40-е садятся на любую фигуру. Современная мода — на худеньких, а эта — на женщин. При этом все довоенные платья без исключения можно носить и сегодня: если вы не наденете шляпку, перчатки и не возьмете в руки винтажную сумочку, никто ничего особенного не заметит, то есть не будет показывать пальцем... Ну, вот и готово.

Из зеркала на меня смотрит ожившие полотна Дейнеки, «Рабочий и колхозница» Мухиной и плакат «Не болтай» в одном флаконе.

ИСТОРИИ ОТ АТЕЛЬЕ - 3

Женщина полностью меняется от того, что у нее на голове. Стандартная ситуация: поле, жара, реконструкция; мужчины радостно фотографируются в мундирах, лазают по окопам и взрывают петарды, их жены в майках и шортах с ненавистью ждут, когда это все закончится.

Кладешь ей на голову шляпку...

950840.jpg

- Ой, - радостно, - что это? А где на себя можно посмотреть (только что мерить наряды отказывалась наотрез и в грубой форме. - Ред.)? А что, и платья есть?

И мухи, и жара забыты, и по-другому держит голову, и держит СЕБЯ: у всех в голове есть представление, как вели себя барышни даже середины двадцатого века, героини фильма «Покровские ворота» нам в помощь...

Кстати, точно также поведение женщины меняется, если снять с нее джинсы и надеть платье. Проверено.

Кто приходит в «Машинку времени»?

950841.jpg

Творческие натуры. Реконструкторы, которым для коллекции нужен френч Сталина во всех исторических подробностях. Богема, которой дорого одеваться у раскрученных и модных модельеров, а в масс-маркете — не по чину: таким людям нужно отличаться от толпы... Есть одна няня, немолодая женщина, которая живет, не шикуя, но раз в два месяца шьет платья, потому что любит балы, и это ее отдушина в жизни.

Блошинки, ателье и бабушкины сундуки — выход для многих людей, вынужденных считать деньги, тем более - в кризис. Сшить платье в «Машинке времени» стоит от шести тысяч до пятнадцати тысяч рублей, то есть немногим больше, чем в московских магазинах...

И мода 40-х сейчас в тренде, потому что семьдесят лет Победе, и снова нормы ГТО, да и в мире-то неспокойно.

Моду, как говорит Юлия Черепнина, меняют войны. Так было в 1812-м, и в 1914-м, и в 17-м... Война — трендмейкер.

В 30-е наши бабушки носили шелк, воланы, скромную женственность. А с 39-го вдруг появились жесткие карманы-планки, расширились плечи, заузилась талия: женский костюм получил явные черты военной формы. Люди-то слышат и знают. Будущее видно.

...А потом эти платья, из 30-х, люди так и носили всю войну, потому что у них не было средств сшить другие (потому и говорят: мода 30-40-х). Где-то в Перл-Харборе девушки уже шили юбки солнце-клеш, а наши бабушки крест-накрест перевязывались пуховыми платками, потому что «Все для фронта, все для Победы»...

А до конца 50-х мы носили трофейную моду, вывезенную из Европы.. Копировали эти невиданные европейские тряпочки, снимали с них выкройки. Нью-лук Диора с его пышными юбками цветком увидели немногие.

Потому что война — это надолго.

И помнят о ней долго. Вот даже и через семьдесят лет.




http://www.msk.kp.ru/daily/26385.7/3262861/